Category: спорт

Category was added automatically. Read all entries about "спорт".

Как ныне сбирается хитрый наш Гус…

О том, что сегодняшняя «Культура по четвергам» может быть посвящена только футболу, стало ясно еще ночью, когда под окнами бесновались толпы поклонников неведомой Оли, любезно пропускавшие Россию вперед. Уже тогда было понятно, что сегодня футбол будет нашим всем, и культурой в том числе.

Утром, на свежую (насколько это вообще возможно) голову, вспомнился громадный портрет Петра Первого, растянутый российскими болельщиками на трибунах и пришло озарение. Именно сегодняшней ночью футбол окончательно перестал быть просто спортивной игрой.

Во-первых, намек, конечно, прозрачнее некуда, но шутка, безусловно, хороша. Идею принести и весь матч показывать шведам их «благодарного ученика» - полтавского победителя нельзя не признать удачной. Сразу хочется снять с полки пятитомную «Историю Европы», и начать прикидывать – каких деятелей будут демонстрировать своим соперникам другие участники четвертьфинала.

Во-вторых, и главных, «херр Питер» на трибунах – это не только и не столько шутка. Скорее это неоспоримое свидетельство того, что спорт вообще и футбол в частности окончательно вплетены в канву национальной истории. Ну, и культуры, естественно – в широком смысле этого слова.

Сейчас поясню, что имеется в виду.

Как известно, мало найдется лозунгов столь же бесстыдно лживых, как знаменитый девиз «О, спорт, ты мир!». Всем давно понятно, что спорт не мир, а как раз наоборот – война. Collapse )

Дуги Бримсон: «Да, я – шовинист!»

В Москву приехал английский писатель Дуги Бримсон, и я с немалым удовольствием пообщался с автором «Куда бы мы не ехали» и «Кое-что о Билли». Говорили мы долго и интересно, в результате «Газета.Ру» не вынесла таких объемов. Там пойдет урезанный вариант, а полную версию интервью выкладываю здесь.

На всякий случай предварительно – личное дело собеседника.

Справка: Дуги Бримсон – пожалуй, самый известный футбольный хулиган в мире. Прославился сразу же после литературного дебюта. Книга «Куда бы мы не ехали», раскрывающая подноготную фанатского движения Англии «изнутри», вышла в 1996 году, взорвала Британию, и вызвала в стране ожесточенные дискуссии. Автор более десяти книг, (некоторые из них написаны в соавторстве с братом Эдди Бримсоном) – «Команда», «Убийцы футбола», «Самый крутой», «Кое-что о Билли» и др., переведенных на множество языков мира. Пробовал себя в качестве сценариста – в 2005 году на экраны вышел фильм «The Yank».

Участвует в деятельности рабочей группы британского правительства по вопросам футбольных беспорядков, а также работает в группе, занимающейся вопросами футбола в Еврокомиссии.

В прошлом – профессиональный военный, писать начал после увольнения в запас. 18 лет отдал службе в Королевских ВВС Великобритании, участвовал в боевых действиях на Фолклендах и во время первой иракской компании. Активный член Британского Легиона и Ассоциации Ветеранов Фолклендов (SAMA82).

Помимо футбола, увлекается мотоциклами (вел на спортивном канале шоу The Stock Car Show) и катерами – снял о них серию документальных фильмов. Осенью 2003 г. Дуги Бримсон выпустил 15-минутную короткометражку «It’s a casual life». «Дейли Мейл» охарактеризовал фильм как «мощнейшее разоблачение хулиганской субкультуры».

Женат. Жена Тина Бримсон, трое детей.

Очень похож на Фестера Адамса. Много матерится.
________________

- Дуги, чем мы обязаны возможности увидеть вас в России?

- Это некая комбинация из серьезной деловой поездки для представления моей книги «Восстание фанатов», но вместе с тем это еще и очень приятное времяпрепровождение. Я здесь много работаю и хорошо отдыхаю. Мне нравится.

- А вот ходят упорные слухи, что вы книгу про российских фанатов писать собрались…

- Ну, здесь вообще очень прикольная ситуация получилась. Я ехал сюда, планируя разговаривать исключительно о книге «Восстание фанатов», но на деле меня ожесточенно достают одним и тем же вопросом о книге, которая еще не написана. Да, есть идея такой книги, но, ради бога – давайте сегодня не будем об этом говорить? Не о чем пока говорить, все еще в самом начале, я пока еще только продумываю композицию и тому подобные вещи.

Вообще-то, если честно, это все было довольно забавно. Сразу по приезду я обедал с издателями, разговор зашел о моем следующем проекте, и это они поинтересовались – а не хочу ли я написать такую книгу? Ну я, конечно, сказал – ну да, я, безусловно, подумаю… И все! На следующий же день я уже говорил только об этой книге. Исключительно о ней. Очень предметно, во всех деталях – а расскажите, о чем будет первая глава? А будет ли про ЦСКА, и что про него будет?

И я понял, что, блин, попал. Если столько читателей меня достают этой книгой – придется ее писать. Но вы тоже имейте в виду – я, конечно, человек ответственный, привык отвечать за слова, и если меня припереть к стене – я, безусловно, напишу. Но это все-таки не тот стиль создания книг, к которому я привык. Я получаю удовольствие, когда пишу, и делаю это быстро. Может, лучше пока не доставать меня и дать мне немного времени? Тогда я напишу это легко и с удовольствием.

- Слух и впрямь разошлись широко, и наши фанаты уже вовсю обсуждают эту книгу. Но, надо сказать, настроены весьма скептически – мол, что хорошего этот Бримсон может про нас написать, русские и английские фанаты абсолютно разные, хотя бы по возрасту. Вы уже имеете представление о русских болельщиках, писали о них в книге «Фанаты», и мне интересно – на ваш взгляд, это действительно так?Collapse )

Инаугурация для «дурака»

Приглашение было солидным – с двуглавым федеральным орлом, с посвящением и примечанием: «90-летию Февральской революции посвящается. По случаю Всемирного Праздника Интеллектуалов руководство Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям имеет честь пригласить Вас принять участие во II ежегодном турнире по Подкидному дураку, который состоится 2 апреля 2007 года, в 20 часов 00 минут». Внизу мелким шрифтом: «В связи с объявлением 2007 – Годом Русского языка употребление в ходе турнира иностранных слов, а также тюркских заимствований запрещено».

Все это, конечно, из области благих пожеланий, особенно про «00 минут» и употребление экспрессивных выражений.

Про «00 минут» - потому что начальство, как известно, часов не наблюдает похлеще всяких влюбленных. А львиную долю игроков традиционного первоапрельского турнира Роспечати составляют разнообразные именитые бонзы – руководители федеральных изданий и телеканалов, советники президента, руководители его пресс-службы, руководители комитетов Государственной Думы и тому подобное. Вся площадка перед знаменитым зданием на Страстном бульваре машинами с мигалками заставлена.

А без экспрессии никак не обойтись, ибо вечер этот, вот уже второй год устраиваемый по инициативе главы Роспечати Михаила Сеславинского – что-то вроде бала для Золушки. Праздник, когда тыквы превращаются в кареты, а солидные чиновники скидывают свои галстучно-пиджачные панцири и оборачиваются нормальными людьми. Людьми, которым позволительно дразнить коллег и непосредственных начальников, молоть чепуху, говорить и делать глупости. Короче говоря – валять дурака без ущерба для собственной репутации.

Ближе к половине девятого, когда задерживающееся начальство наконец подтянулось (последними традиционно прибыли дамы - глава пресс-службы президента Наталья Тимакова и главный редактор телеканала Russia Today Маргарита Симоньян), турнир наконец открыли. По обычаю, сделал это глава Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаил Сеславинский, который проинформировал собравшихся о турнирных новшествах. Во-первых, в этом году правила будут объявлены не в конце турнира, а в начале. А во-вторых, поменялся главный приз. В прошлом году победитель (а им стал известный политолог и журналист Александр Будберг) получил свидетельство о том, что он является «главным интеллектуалом отрасли» - удостоверение «начальника интеллектуального отдела ФАПМК РФ» с подлинными печатью и подписью. Сейчас же приз предоставило не агентство, а Михаил Вадимович Сеславинский лично. «От души отрываю» - стенал он, извлекая приз из кармана. На кон было выставлено приглашение на инаугурацию президента Чечни Рамзана Ахматовича Кадырова.

И алчные «интеллектуалы» начали быстро разбиваться на пары, чтобы разыграть поездку в Грозный. Collapse )

В продолжение

Пошел курить и подумал неожиданное.

Есть у меня любимый с юности, и, наверное, с тех же примерно лет не перечитанный рассказ Джека Лондона "Кусок мяса".

Рассказ ОФИГИТЕЛЬНЫЙ, а кто не читал - тот дурак.

Сейчас почему-то (хотя на самом деле понятно - почему) о нем вспомнил, залез к Мошкову...

Так и есть - старому боксеру было примерно столь же, сколько и мне сейчас.

P.S. Напьюсь седня, пока жена на китайском.

Байки про зиму

Работы сегодня мне, слава богу, не нашлось - в области культуры ничего не происходит, все пьют. Писать «Московию» - слишком уж спать хочу. С другой стороны, я сегодня прочитал мемуары Катифе katife про горные лыжи и Дивова divov про армию. Поэтому я, расслабленный в преддверии Нового года, решил тоже потравить байки.

Тематические.

Зимние.

Я очень люблю Новый Год. Но у меня есть одно требование, надеюсь, не непомерное – Новый год должен происходить зимой. А это в качестве непременного условия предполагает наличие снега.

К сожалению, Москва для меня с этих позиций – одно расстройство. В этом году я наконец воспрял духом и решил, что мне наконец-то светит Новый год без луж, но минувшие два дня все изгадили.

Все будет как обычно. Тьфу.

Самое забавное, что снег я полюбил не сразу, а на 19-м году жизни. Просто раньше я с ним особо не сталкивался. В моей родной Средней Азии он был дефицитом почище копченой колбасы, а во Владивостоке, где я прослонялся два года перед призывом, он де-юре есть, но де-факто его сразу сдувает в море.

Поэтому первая настоящая зима в моей жизни была зима 1986/87 годов, которую я провел на Камчатке в качестве духа Вооруженных сил Советского Союза. Вот про мою самую первую настоящую зиму я и хочу вам рассказать.

***


Когда самолет высадил нас на военном аэродроме города Елизово - я был шокирован. Снега, который я наблюдал вокруг, хватило бы для полного счастья всем детям Казахстана, Узбекистана, Туркмении и Таджикистана лет на сто, и еще бы и Киргизии осталось.

В тот же день нас распределили по объектам. Мне и еще двум счастливчикам выпал аэродром «Ленино». Компанию мне составляли татарин Фархад, чье имя я узнал месяца за три до дембиля, потому что всю службу он отходил «Федей», и украинец Серега с прОклятой фамилией. Ни один офицер, ни разу в жизни, в любой степени алкогольной интоксикации и каком бы то ни было расположении духа не произнес ее в первый раз правильно. Варианты были самые шикарные, вплоть до «Гламадзэ», но на самом деле фамилия его была, и, надеюсь, остается - Гламазда.

Что наше счастье сомнительно, мы узнали тем же вечером. После ужина, в казарме Федор из-за чего-то зацепился с каким-то «чилимом» (полупривилегированное сословие, отслужившее год), дело шло к мордобою, но тут с койки раздался ленивый голос какого-то дедушки: «Да оставь ты этого духа, ему и так завтра в «Ленино» ехать». «Чилим» тут же потерял кураж, махнул рукой и сказал: «Живи, татарин. Там тебя и без меня снегом занесет».

И тут я заволновался.

***


Я не смогу вам описать, сколько снега было вокруг аэродрома «Ленино», который стоял в камчатском лесу. Цифры бессильны. И «в сто тысяч миллионов раз больше», и «Крупа мэлький знаешь? Ты восэм мешков такой». Это было царство снега, да что там царство – это был снежный тоталитаризм. Снег владычествовал безраздельно. В качестве примера - когда мы чистили лопатами дорожки, сугробы по обеим сторонам тропинки были такой высоты, что даже я, со своими 187 см. не мог достать кончиком лопаты до их верхушки.

На аэродроме «Ленино» жили очень приятные люди. Коллектив был небольшой – два десятка человек, но очень яркой. В первый же день я познакомился с дедушкой-белорусом Андрюхой Соиным по кличке «Саид», еще одним дедушкой, здоровенным лакцем-поваром Гусейном, туркменом своего призыва с шикарным именем Пенадурды Чариев, ходячим приколом, и еще со многими интересными людьми. «Чилимов», кстати, было всего три, «три друга, три хохла», как их неизменно именовал старшина роты прапорщик Дяченко по кричке «Брат». «Хохлы» на самом деле были узбеками: большой Султанов, среднего роста, но коновод в этой компании Садыков, и маленький Кудусов, кличку которого можно и не называть. Они так и проходили всю службу втроем, разлучаясь только по самым серьезным надобностям. Именно они, кстати, позже научили меня пить «тормозуху» - сперва напоив, а потом уже объяснив, что это такое. А вот башкир был только один, но переходящий. В смысле – на аэродроме «Ленино» всегда служил только один башкир. Но как только он демобилизовывался, нам тут же присылали еще одного – на замену. Чтобы не путаться, кличка у них тоже была переходящая – всех башкир всегда называли только «Чомба». Судя по имени, зародилась эта традиция на «Ленино» в глубокой древности, много-много призывов назад. По крайней мере, в бытность моей службы никто никогда не мог сказать – кто же такой был этот Чомба и чем он славен. По слухам, об этом знал ленинский долгожитель Брат, но он никогда не кололся.

Я до сих пор не знаю, кто такой Чомба.

Подозреваю, что какой-то деятель коммунистического движения как бы не хрущевских времен.

На следующий день в компанию к нам привезли еще трех «дрищей» (этим неблагозвучным именем у нас называли непривилегированное сословие, отслужившее полгода). Это были два грузина – культурный кутаисец Дато Капалиани и некультурный выходец из какого-то грузинского села Гия Марукашвили, который имел права, по-русски не знал ни слова, и не умел подмигивать.

А еще через день нас повели сдавать спортивные нормативы по лыжному кроссу.Collapse )

Про цветочки, тьфу! Про бутылки. Литдыбр, в смысле.

Добрый вечер.

Извините, сегодня «московитов» не будет. Вроде и писалось очень хорошо, и вообще было все в кайф, рвать ткань (с), но, блин футбол же… И наши, и украинцы… Ну а какой-такой футбол без пива с рыбкой? В общем, не шмогла я, не шмогла. Не умею писать пьяным. В смысле – даже после бутылки пива – уже не могу. А тут, слава богу, не бутылка была. Вот, кстати, с чем на Украине хорошо – так это с пивом. Завидую украинцам. И с футболом тоже лучше, да

И брянцам завидую. И как это у Джаббы получается пьяным в стельку писать великолепные вещи? Юрка, колись. Я просто пару раз пытался – получается как в том анекдоте – могу печатать 600 знаков в минуту, но такая хрень получается… Надо бы как-нибудь на Росконе подбить народ на минисуперблиц-Грелку – кто лучше напишет рассказ после трех часов посиделок. Так опять же Джабба небось и выиграет…

Ладно, суета это все. Знаете, что самое лучшее в жизни? Самое лучшее – это когда ты бежишь ранним утром по совсем пустой набережной, солнышко сбоку светит, чуть над морем приподнявшись, прохладно еще, море лазоревое, ты кедами по плитке: «тыц-тыц, тыц-тыц, тыц-тыц», а море в ответ тебе волной по гальке, ме-е-едленно: «ш-ш-ш-у-ур, ш-ш-ш-у-ур, ш-ш-ш-у-ур».

И тихо. Совсем тихо. Только «тыц-тыц», «ш-ш-ш-у-ур», и чайки иногда: «А-а!!!».

И воздух.

Это и есть то самое молоко и сено, о котором толковал Остап Бендер, да. По моему, уезжать отсюда очень подло по отношению к себе, любимому.

Море – самый насущный дефицит в моей сегодняшней московской жизни. После семнадцати лет во Владике - тяжко.

Ну в общем вы все поняли. Пива было много, факт.

Отчет о проделанной работе.

Все выданное виртуальное бабло я безбожно продул. Не быть мне героем романа Марининой.

Вечером наши продули чемпионат.

Везучим вчерашний день не назовешь, и я, и Россия пострадали.

С горя написал статью. Вота - http://www.gazeta.ru/2004/06/17/oa_124193.shtml