Вадим Нестеров (vad_nes) wrote,
Вадим Нестеров
vad_nes

Спасибо, Двадцатый

Оглашение Нобелевской премии по литературе, как всегда, началось со слухов. Благо, особенности присуждения этой премии предоставляют для их размножения практически идеальную среду.

Нобелевская, как известно, не только самая денежная из литературных премий. Она еще и одна из немногих, где тщательно скрываются не только короткий и длинный список, но и возможные кандидаты. Механизм награждения следующий. Где-то к февралю суммируют всех выдвиженцев, номинированных национальными академиями разных стран и высшими учебными заведениями. Обычно набирается 2-3 сотни фамилий.

Потом, к июню, составляется лонг-лист из 14 фамилий. Членам Нобелевского комитета запрещено не только обнародовать, но даже упоминать вслух имена претендентов на премию. Поэтому писателям, попавшим в вожделенные списки, обычно придумывают клички, так, лауреата литературной премии 2005 года Гарольда Пинтера во время обсуждения называли Гарри Поттером. Обсуждение идет все лето, как правило, члены комитета стараются читать в оригинале (основными языками считаются французский, английский, русский и немецкий), при необходимости привлекают переводчиков, с которых также берется подписка о неразглашении. Потом формируется короткий список из пяти фамилий и в сентябре начинается голосование.

В этом году, как накануне рассказал в интервью постоянный секретарь Шведской королевской академии и член Нобелевского комитета Хорас Энгдаль (Horace Engdahl), в этом году проголосовали только 15 из 18 постоянных членов Нобелевского комитета - один академик скончался, и его еще не успели заменить, еще двое бойкотируют академию из-за разногласий с коллегами.

Вследствие этой секретности букмекерским конторам, как правило, удается лишь вычислить национальных кандидатов, поэтому искатели счастья, по сути, пытаются вычислить одного из 200-300, а не из пяти и даже четырнадцати, что делает их шансы фактически эфемерными. В 2007 году в числе фаворитов значились Харуки Мураками (Япония), Амос Оз (Израиль), Филип Рот (США), Клаудио Магрис (Италия), Лес Мюррей (Австралия), Дон Делилло (США), Марио Варгас Льоса (Перу), Карлос Фуэнтес (Мексика), Адонис (Сирия), Мариза Конде (Франция), Антонио Табукка (Италия), Ко Ун (Корея), Яан Каплински (Эстония). Ни один из них не выиграл.

Вычислить фаворита пытаются по-разному. Однажды нащупали связь между двумя премиями – Нобелевской и Франца Кафки – дескать, с большой долей вероятности лауреатом становится человек, получивший в год вручения награды премию Франца Кафки. Действительно, и Эльфрида Елинек, и Гарольд Пинтер в 2004 и 2005 годах сначала получали эту награду, а потом становились Нобелевскими лауреатами. Но это быстро пресекли. В 2006 году премию Кафки получил Мураками, а Нобелевскую - Орхан Памук. В 2007 году премию Кафки получил французский поэт Ив Бонфуа (Yves Bonnefoy) и Нобелевка вновь обошла и его.

Делалась попытка играть «от политики» - мол, более чем часто премию получает писатель, активно занимающийся общественной деятельностью, часто конфликтующий со своим правительством и не очень любимый на Родине. Резон в этом тоже есть – даже если не вспоминать лауреата 2006 года Орхана Памука, которого Нобелевка де-факто спасла в родной Турции от тюрьмы, достаточно упомянуть, что из пяти лауреатов, писавших на русском языке, четверо были именно такими «диссидентами» - Бунин, Пастернак, Солженицын и Бродский.

Но и это не помогло. Лауреатом Нобелевской премии по литературе за 2007 год стала английская писательница Дорис Лессинг, все фрондерство которой заключалось разве что в «частичном» отказе от британского «Ордена кавалеров славы». В декабре 1999 Дорис Лессинг вошла в последний в ушедшем тысячелетии список лиц, удостоенных этой награды для людей, имеющих «особые заслуги перед нацией». Но писательница приняла «почесть без титула», отказавшись от рыцарства.

Все эти рухнувшие прогнозы и несработавшие стереотипы заставляют сказать только одно – и слава богу!

Потому как в кои-то веки мы можем просто порадоваться тому, что Нобелевку получил хороший писатель. Получил просто за книги – безо всякой политики, корректности и «высших соображений».

Правда, Нобелевский комитет не был бы Нобелевским комитетом, если бы совсем забыл про «актуальность и злободневность». Дорис Лессинг была награждена с формулировкой: «Автору эпических описаний женского опыта, который со скепсисом, страстью и провидческой силой исследовал разделенную противоречиями цивилизацию», но если вы запишете Лессинг в феминистки, то ошибетесь. Да, ее роман Золотой дневник (1962) часто называют классикой феминистской литературы, но сама Лессинг всегда настаивала на том, что главная тема там – права личности в обществе, а вовсе не роль женщин в нем.

Впрочем, обо всем по порядку. История это весьма длинная - Дорис Лессинг стала не просто 11-й женщиной, получившей Нобелевку, но и самым пожилым лауреатом, отобрав этот титул у награжденного еще в 1902 году 85-летнего Теодора Моммзена. Ей без двух лет девяносто, она родилась в 1919 году, в семье британского чиновника и в определенной степени является живым олицетворением тогдашней «империи, над которой не заходит солнце».

Писательница появилась на свет в Керманшахе, в стране, которая тогда именовалась Персия, а ныне зовется Ираном. Там она и провела детство, а вот отрочество и юность – уже в Африке, в Южной Родезии (ныне Зимбабве).

Опустим все детали биографии, для нас важно, что в 1949 году ее судьба вновь делает крутой зигзаг – она оставляет в Африке двух мужей и двух детей и навсегда уезжает в Лондон, чтобы начать новую жизнь – жизнь писательницы.

Там, впрочем, тоже не обойдется без крутых поворотов. В творчестве Лессинг выделяют три периода, которые условно можно назвать «коммунистический», «феминистический» и «фантастический». Поначалу она и впрямь была ярой поклонницей коммунистических идей, и книги ее не без оснований именовали «антиколониальными» - таковы ее дебютный роман «Трава поет» и серия «Дети насилия», состоящая из пяти романов. Именно тогда ее очень полюбили в Советском Союзе, где она переводилась с 1957 года и печаталась в «Иностранной литературе».

В середине 50-х гг. Лессинг пережила серьезный идеологический кризис, главным результатом которого стал роман "Золотой дневник", который огромное количество очень серьезных людей склонны считать шедевром. Именно после «Золотого дневника» Лессинг попала в негласный список самых серьезных претендентов на Нобелевку, но, как считают многие, получению премии серьезно помешал третий период. Лессинг всерьез увлеклась суфизмом и фантастикой, которая Нобелевский комитет раздражает хуже керосину – многие считают, что именно формальная принадлежность к цеху фантастов оставила без Нобелевки и Станислава Лема, и Курта Воннегута.

Писательница начала работать над 5-томной серией фантастических романов «Канопус в Аргосе: Архивы», где выдвинула собственное видение проблемы «прогрессорства» или, в ее терминологии – «принудительной эволюции». Этот цикл рассказывает о миллионнолетней "многоуровневой" борьбе двух сверхцивилизаций - технологической и "духовной" за планету Шикаста (Земля), причем человечество в своем нынешнем качестве способно постичь лишь низший уровень этой вселенской интриги, поскольку представляет собой "неудачный эксперимент" в эволюции. Цикл получил самые полярные оценки – от обвинений в "скуке и претенциозности" до восторгов Брайана Олдисса, назвавшего его «одним из самых интересных событий 1980-х гг.».

Несомненно только одно - акции Лессинг в Нобелевском комитете резко упали. Нет, ее периодически вспоминали, но в фаворитах она не ходила никогда.

До тех пор, пока времена не изменились, и Лессинг не стала первым фантастом, получившим самую престижную литературную премию. Это премии она ждала почти 30 лет, и то, что она ее дождалась – практически чудо. Слишком многие ее так и не дождались – от Льва Толстого до Астрид Линдгрен.

Что бы там не говорил Нобелевский комитет, давайте назовем вещи своими именами – на наших глазах отдали долги прошлому веку. Господь с вами, какая «современность и актуальность»? О каком лауреате XXI века можно говорить, если свои произведения автор печатает на пишущей машинке, а в интервью Лессинг честно призналась, что ее сформировали три вещи: Центральная Африка, последствия Первой Мировой и литература, прежде всего Толстой и Достоевский?

И это хорошо, что долги отдали. Спасибо, Двадцатый, теперь можно идти дальше.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 44 comments